Moscow Kremlin Russia 1719 Olearius & Van Der Aa Antique Copper Engraved View antique Copper Engraved View Of Kremlin Moscow Russia Chвteau Kremelin, dans la Ville de Moscou, avec la celebration de la Fкte de Pвques Fleuries. Description: Striking and highly decorative unusual 1727 copper engraved panoramic view of the Kremlin, at Moscow Russia. The view shows, in the foreground, several Inhabitants in a religious procession. Source: Adam Olearius: Voyages trиs-curieux et trиs-renommez faits en Moscovie, Tartarie et Perse: dans lequels on trouve une description curieuse & la situation exacte des pays & etats, par oщ il a passй [..]. Bd.1. A Amsterdam: chez Michel Charles le Cйne, 1727. Date: 1727 ( undated ) Dimension: Paper size approx.: cm 38,9 x 29,9 Condition: Very strong and dark impression on good paper. Paper with chains. Map uncolored. Margin to the top cut very shortly. Short lower margin. Right lateral margin missing and fully redone. Wide left lateral margin. Corners partially missing. Small foxing and browning. Sheet folded. Conditions are as you can see in the images. Author: Adam Olearius (born Adam Цlschlдger or Oehlschlaeger, 24 September 1599 - 22 February 1671) was a German scholar, mathematician, geographer and librarian. He became secretary to the ambassador sent by Frederick III, Duke of Holstein-Gottorp, to the Shah of Safavid Persia (Iran), and published two books about the events and observations during his travels. He was born at Aschersleben, near Magdeburg. After studying at Leipzig he became librarian and court mathematician to Frederick III, and in 1633 he was appointed secretary to the ambassadors Philipp Crusius, jurisconsult, and Otto Bruggemann, a merchant from Hamburg, sent by the duke to Muscovy and Persia in the hope of making arrangements by which his newly founded city of Friedrichstadt should become the terminus of an overland silk-trade. This embassy started from Gottorp on 22 October 1633 and travelled by Hamburg, Lьbeck, Riga, Dorpat (five months' stay), Reval, Narva, Ladoga, and Novgorod to Moscow (14 August 1634). Here they concluded an advantageous treaty with Tsar Michael of Russia, and returned forthwith to Gottorp (14 December 1634 - 7 April 1635) to procure the ratification of this arrangement from the duke, before proceeding to Persia. With this accomplished, they started afresh from Hamburg on 22 October 1635, arrived at Moscow on 29 March 1636; and left Moscow on 30 June for Balakhna near Nizhniy Novgorod, to where they had already sent agents (in 1634/1635) to prepare a vessel for their descent of the Volga. Their voyage down the great river and over the Caspian Sea was slow and hindered by accidents, especially by grounding, as near Darband on 14 November 1636; but at last, by way of Shamakhy (three months' delay here), Ardabil, Soltaniyeh and Kasvin, they reached the Persian court at Isfahan (3 August 1637) and were received by the Safavid king, Shah Safi (16 August). Negotiations here were not as successful as at Moscow, and the embassy left Isfahan on 21 December 1637, and returned home by Rasht, Lenkoran, Astrakhan, Kazan, Moscow, and other places. At Reval, Olearius parted from his colleagues (15 April 1639) and embarked directly for Lьbeck. On his way he had made a chart of the Volga, and partly for this reason Michael wished to either persuade or compel him to enter his service. Once back at Gottorp, Olearius became librarian to the duke, who also made him keeper of his cabinet of curiosities, and induced the tsar to excuse his (promised) return to Moscow. Under his care the Gottorp library and cabinet were greatly enriched in manuscripts, books, and oriental and other works of art: in 1651 he purchased, for this purpose, the collection of the Dutch scholar and physician, Bernardus Paludanus (born Berent ten Broecke). He died at Gottorp on 22 February 1671. Cartographer: Pieter van der Aa (1659 - 1733) was a Dutch publisher of maps and atlases active in the late 17th and early 18th centuries. Van der Aa was born in Leyden in 1659. At nine he was apprenticed to a local bookseller and, by 21, had established his own publishing, printing, and auctioneering house. In 1692 Van der Aa was appointed to be one of the High Commissioners of the Booksellers Guild. During his long and impressive career Van der Aa produced thousands of maps, including a vast 28 volume atlas containing no less than 3,000 maps. Few of Van der Aa's maps were original productions, most being copied from the work of earlier cartographers. Nonetheless, when one of Van der Aa's rare original pieces does appear, his style, with unusual projections, elegant engraving, and precise detail, is instantly recognizable and highly desirable. He also pioneered the cartographic idea of separating border artwork from the map plate itself such that every map in a collection could have a similar elaborate border without actually having to re-engrave the complex plates. This technique was used to great effect by later 18th century publishers like Brion de la Tour. Following Van der Aa's death in 1733, his much admired Nouvel Atlas was reissued by the Dutch firm of Covens & Mortier. Today Van der Aa's work is admired for its fine delicate engraving and unusual projections and is considered highly desirable among collectors. Nicolaes Witsen (8 May 1641 - 10 August 1717; modern Dutch: Nicolaas Witsen) was a Dutch statesman who was mayor of Amsterdam thirteen times, between 1682 and 1706. In 1693 he became administrator of the Dutch East India Company (VOC). In 1689 he was extraordinary-ambassador to the English court and became Fellow of the Royal Society. In his free time, he was cartographer, maritime writer, and an authority on shipbuilding. His books on the subject are important sources on Dutch shipbuilding in the 17th century. Furthermore, he was an expert on Russian affairs. He was the first to describe Siberia, the Far East and Central Asia in his study Noord en Oost Tartarye [North and East Tartary]. --------------------- Шествие на осляти. Гравюра по рисунку Николая Витсена из книги Адама Олеария "Описание путешествия в Московию…". Лейден. 1727 г. Шествие на осляти. Адам Олеарий «Описание путешествия в Московию, Татарию и Персию …». Амстердам, 1727 г. Издатель Питер ван дер Аа (1659-1733). Так выглядел крестный ход из Кремля через Спасские ворота в Покровский собор в XVII в. Адам Олеарий (1603-1671) - известный немецкий ученый-математик, профессор Лейпцигского университета, путешественник. Он дважды посетил Россию в 1630-е гг. в качестве секретаря посольства голштинского герцога Фридриха III к русскому царю Михаилу Федоровичу. Во время путешествия Адам Олеарий делал подробные записки, изданные впервые в Шлезвиге в 1647 г. Гравюра «Шествие на осляти» - первое детальное изображение Покровского собора, дошедшее до наших дней. Размер листа: 38,9 x 29,9 см Очень сильный и темный оттиск на хорошей бумаге. Бумага верже. Карта неокрашенная. Поля сверху обрезаны очень коротко. Короткое нижнее поле. Правое боковое поле отсутствует. Широкий левый край. Углы частично отсутствуют. Небольшие фоксинги и потемнения. Лист сложен. Внимательно смотрите состояние на фото. А́дам Олеа́рий немецкий путешественник, географ, ориенталист, историк, математик и физик. Является конструктором и куратором создания с 1654 по 1664 года Готторпского глобуса. Настоящая фамилия Адама - Ольшлегель (Oehlschlegel/Цlschlдger). Он латинизировал её в Olearius. Будучи секретарём посольства, посланного шлезвиг-голштинским герцогом Фридрихом III к персидскому шаху, записал и опубликовал свои заметки, собранные во время путешествия. Посольство, в котором принимал участие Олеарий, подробно, день за днем, описано им, и это описание представляет собой одно из замечательнейших литературных явлений XVII века, а вместе с тем, благодаря своей точности, является и одним из важнейших источников для изучения истории России того времени. Кроме необходимых научных сведений и знания языков русского и арабского, Олеарий обладал наблюдательностью, осторожностью, критическим тактом. У него есть и ошибки, но они не уменьшают значения книги. В первый раз сочинение Олеария было издано в Шлезвиге в 1647 году, с посвящением герцогу Фридриху и с приложением письма фон Мандельсло к Олеарию о путешествии его в Восточную Индию, стихотворения Олеария на смерть фон Мандельсло и его эпитафии. Второе, переделанное самим Олеарием, издание вышло в 1656 году, третье - в 1663 году, четвёртое, уже после смерти Олеария - в 1696 году. Издания эти снабжены рисунками местностей, одежд, сцен домашней и общественной жизни и т. п., снятыми Олеарием с натуры. В 1656 году появился французский перевод, выдержавший несколько изданий, в 1651 году - голландский, в 1662 году - английский. В 1658 году появились три первые книги на языке итальянском. Полный русский перевод появился только в 1869-1870 гг. в «Чтениях Московского Общества Истории и Древностей Российских». Шествие на осляти - крестный ход на Руси в Вербное Воскресенье в день праздника Входа Господня в Иерусалим, сопровождавшийся инсценировкой въезда Христа в Иерусалим на осле. На «осля» садился митрополит, позднее - патриарх, а под уздцы лошадь вел царь. За эту работу царь получал от патриарха денежное вознаграждение - 100 рублей. Царь Алексей Михайлович в завещании просил отдать заработанные таким образом средства на благотворительность, отметив, что эти деньги я сам своим честным трудом заработал - мне их патриарх дал. Эта "заработанная плата" царя рассматривалась отдельно от всей государственной казны и была особой гордостью самодержца. Платил патриарх царю за то что тот вел его "ослика" под уздцы во время знаменитого шествия на осляти в вербное воскресенье. Обычай шествия на осляти существовал в русских землях с середины 16 века до времени Петра I. В Москве на "осле", ведомом государем, шествовал патриарх, а в других городах - на "осле" ехал епископ или архимандрит крупнейшего монастыря, ездовое животное под уздцы вел воевода. С ослами на Руси была некоторая напряженность, поэтому под ослика маскировали низкорослую лошадь. На нее шили белую попону с длинными ушками. Избранного на такую почетную роль коня готовили задолго. Подготовка лошади, играющей роль осла, заключалась в следующем. Целый месяц до Вербного воскресенья ее держали на диете, чтобы сходство с ослом было большее. А за три дня до крестного хода не кормили вообще, во избежание недоразумений во время хода. Также в течение месяца лошадь водили по маршруту крестного хода, чтобы она привыкла и не пугалась. В те времена в Московии еще не было новогодних елок, но зато были красочные наряженные пасхальные вербы. Богато украшенное вербное дерево везли впереди процессии на санях или телеге. Дерево украшали блестками, яблоками, апельсинами, лимонами, сливами, зелеными листьями. В разное время использовали фрукты и свежие, и сушеные, и искусственные: восковые, из папье-маше, из других материалов. Иван Забелин (1820-1908) в книге "Домашний быт русских царей в XVI и XVII столетии" сообщал, что в 1627 году для вербного "наряда" было закуплено 13 фунтов "изюму …", 13 фунтов "винных ягод", 4 фунта фиников, 300 грецких орехов и т. д. И с каждым годом вербного "припасу" требовалось все больше. Но самым главным украшением были яблоки. Так, в 1636 году на наряд вербы использовали 1000 яблок: 400 малых, 300 средних, 200 больших и 100 самых больших. … В поисках изысканных украшений обратились в Немецкую слободу, где своим мастерством славилась вдова-иноземка. В 1674 году, когда на праздник было приглашено шведское посольство, ей заказали сделать для вербы 15 тысяч зеленых листьев, 32 дюжины птичек и цветов, 50 дюжин восковых лимонов, померанцев, груш и слив, 224 кисточки вишен, 42 грозди винограда… Причем искусственные украшения служили только дополнением к обычным орехам, финикам и яблокам. Около наряженной таким образом вербы дети исполняли песнопения. Дети же расстилали под ноги процессии дорогие одежды и ткани. Шествие на осляти начиналось от Успенского собора Московского Кремля и через Спасские (Фроловские) ворота выходило на Красную площадь. У Лобного места совершали молебен, в это время собор Покрова на Рву играл роль алтаря, а вся площадь превращалась в храм под открытым небом. После этого архиерей, царь и небольшая группа приближенных шли в церковь Входа Господня в Иерусалим Покровского собора, где совершали богослужение. Михаил Обухович, стражник Великого Княжества Литовского, находясь в русском плену, был свидетелем действа в 1660-е годы и описал его так: « ...25 апреля (1660 года)... Было русское Вербное воскресенье. В этот день мы получили от царя позволение выйти из двора и видеть церемонию и обряд, который совершается у них в этот праздник. Вот как это происходило: у Крестовских ворот есть обширное место, построенное из тесаного камня наподобие театра, а на воротах, часы... Этот театр сверху покрыт был красным сукном. С одной стороны ступени устланы были парчою и дорогими коврами для царя; с противоположной - столь же дорогою материею устлана было место для патриарха. Когда нас привели к этому месту, мы остановились по приказанию наших приставов. Немного спустя вышел царь, сопровождаемый множеством духовенства, владык и митрополитов. Патриарха в то время не было в Москве, по некоторым причинам он оставил престол, а может быть, ему было приказано. Потом следовал царский двор и дальние бояре; шли все в порядке и, по своему обыкновению, с непокрытыми головами. Далее шел сам царь, которого вели под руки двое молодых людей из знатных фамилий. На нем была шапка, наподобие короны, которую они называют шапкою Мономаха, на груди бармы и на плечах богатое одеяние наподобие ризы (оплечье). Сначала он шел прямо к церкви святой Троицы, древнейшей из всех в Москве, как можно заключить по самому виду ее. Эта церковь стоит около ворот и театра. Оттуда, помедлив немного, он (царь) взошел на театр, где совершалось пение. Потом старший митрополит вручил ему пальму, которую он принял с непокрытой головой. Шапку снял с него в это время тесть его - Илья Данилович Милославский. Немного спустя, когда окончено было пение, на санях, запряженных четырьмя лошадьми, покрытыми красным сукном, везли большую вербу, на которую чернь бросала привязанные на веревочках яблоки. Яблоки эти оставались на дереве, и их было набросано немалое количество. Потом посадили на вербу четырех отроков, одетых в церковные серебряные ризы, они пели какие-то песни. Затем привели коня, зашитого в белое полотно, оседланного женским седлом, покрытым парчою. На коня посадили, за отсутствием патриарха, старшего митрополита с крестом в руках, которым он благословлял народ во все стороны... ...Царь, взявши одною рукой за конец поводья, а в другой держа пальму, вел под ним коня и шел таким образом до Крестовских ворот, находящихся в Крым-городе. В это время все стрелецкие приказы (полки) пали ниц на землю, обратив ружейные стволы назад. Они были одеты в разные великолепные одежды, стояли под разными знаменами, их было до трех тысяч, а может быть, и более. Когда царь вступил в ворота, продолжая вести коня под, митрополитом, тогда все стрельцы встали. Итак, насмотревшись на эту церемонию, мы возвратились домой… Описание: Яркая и очень декоративная необычная медная гравюра 1727 года с панорамным видом на Кремль в Москве, Россия. Вид показывает, на переднем плане, несколько жителей в религиозной процессии. Один из экземпляров гравюры